Король Ингерманландии Леандер Рейо
05.01.2021
Голос с фанатской трибуны «Зенита»
28.01.2021

Нарва – душа Ингерманландии

Павел Мезерин

 

Ингрии, как политико-географической единице, тысяча лет. История Ингрии (или иначе – Ингерманландии) уходит вглубь веков ко временам княжения в Великом Новгороде будущего киевского князя Ярослава Мудрого. Согласно красивой исторической легенде, своё название область получила в честь имени жены Ярослава — шведской принцессы Ингигерды, дочери короля Олафа. Ингигерда получила эту землю в качестве свадебного подарка от князя Ярослава и покровительствовала ей. Этот период, XI век, стал временем первого экономического расцвета региона благодаря транзиту торговли между Новгородом и Швецией. В последующие столетия Ингрия входила в состав Новгородской республики, Московии, Швеции. По итогам Северной войны она стала частью России.

Географический топоним «Ингрия» поя­ви­лся на картах Европы в конце XVI века. А в начале XVII века начал официально употребляться сначала в швед­ских, а чуть позже и в русских де­ло­про­из­вод­ст­вен­ных до­ку­мен­тах. Так стали именоваться зем­ли, рас­по­ло­жен­ные от реки Нар­ва (На­ро­ва) на южном по­бе­ре­жье Фин­ско­го залива, вклю­чая города Ругодив (Нарва), Иван­го­род, Ям (Кингисепп) и Ко­по­рье, до юго-западного При­ла­до­жья с городом Оре­шек (Шлиссельбург), от реки Се­ст­ра (финская Ра­яй­о­ки) на Ка­рель­ском пе­ре­шей­ке до ли­нии, про­хо­дя­щей от устья реки Плюс­са по реке Лу­га и сред­не­му те­че­нию реки Оре­деж. Восточая часть этой тер­ри­то­рии с XIII века в русских ис­точ­ни­ках на­зы­ва­лась Ижор­ской зем­лёй. Западная часть, рай­он ис­кон­но­го про­жи­ва­ния народа во­дь — Водской пятиной. На­ря­ду с во­дью и ижо­рой в ре­гионе с IX века жи­ли славянские пле­ме­на кри­ви­чей и сло­вен, а к XVI веку славянское пра­во­слав­ное на­се­ле­ние стало в Ингрии преобладающим.

Важ­ное стра­те­гическое по­ло­же­ние земли Ингигерды — Ингерманландии на перекрёстке мор­ских и тор­го­вых ком­му­ни­ка­ций пре­вра­ти­ло её в аре­ну не­скон­чае­мых во­енных кон­флик­тов. В 1583 году, по ито­гам Ли­вон­ской вой­ны, западная часть ре­гио­на ото­шла от Московского государства к Шве­ции, а в хо­де русско-шведской вой­ны 1590-1593 годов вернулась в со­став Московии. В ре­зуль­та­те Швед­ской ин­тер­вен­ции на­ча­ла XVII века, за­кон­чив­шей­ся подписанием Стол­бов­ского ми­ра 1617 года, весь ре­ги­он ока­зал­ся под вла­стью Шве­ции, став её но­вой провинцией Ин­гер­ман­ландия (Ingermanland). Столицей шведской Ингерманландии стал город Нар­ва, русские ингерманландцы в котором составляли на тот момент почти половину населения.

В со­от­вет­ст­вии с ука­зом шведского ко­ро­ля Гус­та­ва II Адоль­фа (1623 год) в Ингерманладнии ста­ли соз­да­вать­ся лю­те­ран­ские цер­ков­ные при­хо­ды, в 1641 году они бы­ли вы­де­лены в отдельную Ин­гер­ман­ланд­скую епар­хию. Однако, местное православное население не ущемлялось в правах. В середине XVII века ко­ли­че­ст­во лю­те­ран­ских и пра­во­слав­ных приходов было примерно одинаковым. В 1629 году Ингерманландия во­шла в со­став Лиф­лянд­ско­го генерал-гу­бер­на­тор­ст­ва, а в 1641 году вме­сте с Ка­ре­ли­ей об­ра­зо­ва­ла отдельное генерал-гу­бер­на­тор­ст­во, в котором функции политического центра были перенесены из Нарвы в город Ниен, который находился на месте нынешнего Санкт-Петербурга, в месте впадения реки Охта в Неву.

В хо­де Се­вер­ной вой­ны 1700-1721 годов, после знаменитого Нарвского сражения, тер­ри­то­рия Ингерманландии вновь бы­ла целиком за­ня­та российскими вой­ска­ми. В со­от­вет­ст­вии с гу­берн­ской ре­фор­мой 1708 года историческая Ингерманландия со­ста­ви­ла часть большой Ин­гер­ман­ланд­ской губернии. И, хотя, в 1710 году гу­бер­ния была переименована в Санкт-Петербургскую, историческое имя Ингерманландия (Ингрия) продолжало использоваться на картах и в официальных документах России как при Петре Великом, так и позднее. А её население, независимо от этнической и религиозной принадлежности, именовалось ингерманландцами.

Петр I и его сподвижники прекрасно понимали специфику края. В российской геральдике были сохранены основные элементы герба шведской Ингерманландии, в русской армии до 1918 года существовали 9‑й Ингерманландский пехотный и 10‑й Ингерманландский гусарский полки. В Ингрию переселяли удельных и государственных крестьян с русского Севера, чьи предки не знали векового унижения татаро‑монгольского ига и крепостного права. Поведение этих людей характеризовалось нетипичным для России уровнем индивидуализма и осознания личной ответственности. Это был самый свободный регион в исторической России. В Ингерманландии сформировался тип «русского европейца», воспитанного в традициях православной культуры, но с ориентацией на этические ценности и внешнюю атрибутику западного быта.

Началом истории города Нарва принято считать 1223 год. В эпоху викингов через местность, на которой он расположен, проходил Балтийско-Средиземноморский торговый путь, известный также как «Путь из варяг в греки». В начале 13 века эти земли захватили датчане. В датской поземельной книге под 1240 годом на месте современного города упоминается селение Narvia. В древнерусских источниках поселение на месте современного города упоминается в 1256 году в Новгородской летописи и называется Ругодив.

Город Нарва, будучи важным политическим центром Ингерманландии при шведской власти, после присоединения к России потерял этот статус. Столицей Ингерманландской губернии стал сначала Шлиссельбург, а позже Санкт-Петербург. Однако, Нарва осталась культурным и экономическим сердцем региона. Помимо этого, город был также ингерманландским форпостом на границе с Эстляндией, которая вошла в состав Российской Империи только в 1721 году, после подписания Ништадтского мира.

В течение XVIII-XIX веков Санкт-Петербургская губерния была «витриной» России для Европы, а Ингерманландия – «витриной» Санкт-Петербургской губернии, её главной связью с Западным миром. Древняя ингерманландская Нарва входит в состав Санкт-Петербургской губернии, но находится на самой границе русскоязычного мира и, во многом благодаря своей мультикультурности, бурно развивается. Русские, эстонцы, финны, немцы, шведы живут и работают здесь вместе.

Пик экономического развития Нарвы пришёлся на конец XIX столетия. Нарва стала крупным центром текстильной промышленности. В городе работает Кренгольмская мануфактура, на которой трудятся более 10 000 рабочих разных национальностей. Предприятие также оказало мощное влияние на формирование социальной среды. В частности, благодаря мануфактуре в городе появились современная больница, православный собор Воскресения Господня и лютеранский Александровский собор, действующие и поныне.

В начале ХХ века Нарва – успешный и процветающий город, по качеству жизни не уступающий блистательному Санкт-Петербургу. Размеренная жизнь Нарвы и всей Ингерманландии резко меняется после революционных событий 1917 года.

Февральская демократическая революция закончила историю Российской Империи. В новой зарождающейся Российской Республике вполне могли возникнуть автономные самоуправляемые Эстония и Ингерманландия. Но большевистский переворот и последовавшая за ним Гражданская война не дали этому случиться. Бороться с «красной чумой» жителям как Эстонии, так и Ингерманландии пришлось с оружием в руках.

В составе Народной Армии Эстонии воюет Западно-Ингерманландский батальон (впоследствии полк) под командованием Георгиевского кавалера Александра Тюнни. Батальон сформирован из добровольцев в апреле — мае 1919 года по соглашению между Эстонским правительством и Временным комитетом управления Ингерманландии для борьбы против установления Советской власти в Петроградской губернии. Полк участвовал в наступлении Северо-Западной армии генерала Юденича. Для бойцов из Ингрии были введены особые знаки различия, включавшие ингерманландскую символику в её исторических цветах —  шевроны и погоны жёлтого цвета с просветом из двух красных полос и синей полосы посередине.

В Западно-Ингерманландском полку родилось и знамя – синий в красной окантовке крест на жёлтом фоне. Его придумал капитан Ээро Хаапакоски. Под этим знаменем ингерманландские полки окружали революционный Петроград, вынудив правительство Владимира Ленина эвакуироваться в Москву. Знамя стало государственным флагом республики Северная Ингрия, а после её ликвидации в результате подписания Тартусского мира – знаменем борьбы за свободу Ингерманландии.

Тартусский мирный договор состоял из двух соглашений: между РСФСР и Эстонией и между РСФСР и Финляндией. По его условиям вся территория Ингерманландии вошла в состав Советской России. За исключением узкого кусочка земли вдоль реки Нарва (Нарова), вошедшего в состав независимой Эстонии.

Эстонская Ингерманландия и её центр – город Нарва на 20 лет стали островком свободы и безопасности, прибежищем для тех, кому посчастливилось вырваться из кровавого царства большевиков. Остальная Ингрия стала территорией сталинского террора. Настоящему геноциду подверглись петербургские и ингерманландские немцы, финны, эстонцы. Пострадали малые народы ижора и водь. В Санкт-Петербурге (Ленинграде), который Сталин ненавидел, был уничтожен цвет русской интеллигенции. Все, кто сочувствовал идее ингерманландской свободы, тотально преследовались в независимости от их национальности.

Лихолетье Революции и Гражданской войны сильно изменило Нарву. Многие её жители покинули город. Но в 20-30-е годы в составе независимой Эстонии начинается новый этап жизни и развития города. Увеличивается численность эстонского населения. Формируется большая община русской демократической эмиграции из Санкт-Петербурга. Спасаясь от «коллективизации», в Эстонскую Ингерманландию бегут крестьяне из водских, ижорских и финских деревень, которые остались на советской стороне. Нарва и Принаровье в период между двумя мировыми войнами – маленькая территория ингерманландской свободы.

Мясорубка Второй Мировой войны мало кого пощадила в Европе. Страшным ураганом прошла она и по Эстонии и по Ингерманландии. Ленинграду и Нарве досталось сильнее всего. Город на Неве пережил страшную 900-дневную Блокаду. Нарва в результате столкновения нацистской и советской военных машин оказалась почти до основания разрушенной. Новейшая история Нарвы – это, в основном, история людей, которые приехали восстанавливать город из самых разных уголков некогда единого большого государства. Но сила ингерманландской земли велика. В Петербурге говорят: «Петербуржец – это состояние души». Каждый, кто приезжает в Петербург – принимает его культуру и становится петербуржцем. Или уезжает. Нарва – старшая сестра Санкт-Петербурга. И нарвитянин – это тоже состояние души. Метафизика места – великая сила. В Ингерманландии она особенно значима.

История Нарвы и Принаровья – это история взаимоотношений и взаимопроникновений разных культур, история дружбы народов. Нарвитяне неоднократно меняли своё подданство вместе со всей Ингерманландией, которая входила в состав или была пограничьем Дании, Новгородской республики, Швеции, Московии, Российской Империи, СССР, Эстонии. Но всегда сохранялась главная историческая традиция Нарвы — ингерманландский мультикультурализм. В Нарве встретились и взаимно переплелись, обогатили друг друга множество культур, языков, традиций и преданий.

Нарва – душа Ингерманландии.

Нарвитянин – значит ингерманландец!

 

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

три × пять =